Screen Shot 2018-08-27 at 12.19.58.png
x

Вопрос – Ответ    Бруно Беламиш, креативный директор Bell & Ross, об армейском шарме, часах, спроектированных под самолет, и необходимости рисковать

27.08.2018   •  

Screen Shot 2018-08-27 at 12.19.58.png

Из всей когорты так называемых "независимых и молодых" часовых компаний Bell & Ross – помимо очевидных достоинств, какими наделены часы марки – располагает к себе честностью и открытостью основателей и бессменных руководителей, с которыми мы имеем удовольствие регулярно общаться и даже "замутили" совместный проект – специальную серию "белли-танкеров", радушно встреченную энтузиастами в том числе и у нас в стране: остались буквально считанные экземпляры. Беседа с Бруно Беламишем, что состоялась несколько месяцев назад, проливает свет на творческий процесс и решения, что стоят за выпуском той или иной модели. Приглашаем прочитать и непременно ознакомиться с предложением Bell & Ross лично – отличные часы, которые не опустошат семейный бюджет.

Новинки «Белл энд Росс» этого года нам очень нравятся. Казалось бы, каждый раз выдумывать что-то новое с квадратным корпусом трудно, но вам это удается. Начнем, пожалуй, с часов в армейском стиле, BR 03-92 «Найтлум» (Nightlum). Война – дело грязное и опасное; как по-вашему, почему же военная стилистика все равно находит массу поклонников?  Хороший вопрос. Вообще, я бы сказал, что у жителей разных стран армия вызывает разные ассоциации. Во Франции при слове «армия» на ум приходят высокие технологии, качество, эффективность. Разумеется, ассоциации могут быть и другие, далеко не такие положительные. Но мы уже давно занимаемся приборами времени для людей опасных профессий, тех же летчиков например, так что для нас это логичный шаг. В «Найтлуме»армейский характер и вправду чувствуется, чего стоят только зеленые цифры и метки. Я, правда, надеюсь, что их владельцы на поле боя не окажутся.

Screen Shot 2018-08-27 at 11.13.15.png
Часы Bell & Ross BR 03-92 Nightlum.

Конечно. И еще дело в военной форме, форма всем к лицу. Согласен, и эти часы как раз нетрудно представить на запястье человека в форме. В них чувствуется и практичность, и спортивный стиль, и дух высокого часового искусства. Отменный калибр, корпус из высокотехнологичной керамики, ну и цветовая гамма опять же очень удачная. Суть этих часов понимаешь с первого взгляда. Возможно, военнослужащих в разных странах воспринимают по-разному, но в суровом армейском шарме этим часам не отказать, и они его не скрывают. Мы хотели создать современную версию армейских часов времен Второй мировой. Это не кварц и не умная электроника, а в высшей степени надежный и практичный механический прибор времени. При разработке дизайна отталкивались от коллекции BR-X1, в которой вышел наш знаменитый скелетонированный хронограф. Корпуса у этих часов квадратные, они уже стали нашей визитной карточкой. На этой основе мы стремились создать очень мужественную и сильную модель, такую, которая подошла бы героям Шварценеггера или Сталлоне. Знаете, я недавно говорил с фотографом из одного французского журнала про спортивную одежду и аксессуары, и ему эти часы очень понравились. Он все говорил, что с удовольствием бы их поснимал. Спортсменам эти часы и вправду подойдут идеально, а такое можно сказать далеко не про всякую модель. Я, конечно, не пытаюсь принизить конкурентов из «Юбло» (Hublot), «Одемара» (Audemars Piguet) или «Ришара Милля» (Richard Mille). С ними мы играем на одном поле, но на поводу у них не идем.

Screen Shot 2018-08-27 at 11.13.27.png
Часы Bell & Ross BR 03-92 Nightlum.
Screen Shot 2018-08-27 at 11.13.39.png

Честно говоря, кажется, что любая ваша модель может стать основой для цельного образа. Знаете, те же «юбло» можно носить с чем угодно, но вот, если у тебя на запястье «белл энд росс», будь добр, оденься подобающе. Вполне возможно. Вообще, на мой взгляд, «Найтлум» – самые яркие часы в новой коллекции. Практичность и функциональность, неброские цвета и квадратный корпус – по этим часам можно узнать о марке все что надо. Еще мне очень нравится семейство «Рейсинг Берд» (RacingBird) и новые R.S.18, это тоже интересные модели. Хорошие идеи нас посещают часто, но, пожалуй, «Найтлум» останется одним из самых ярких образчиков нашего духа. 

Bell&Ross_BRV2-94-Racing-Bird-NM-base-TOUTb.jpg
Часы Bell & Ross BRV2-94 Racing Bird.

Поговорим про «Рейсинг Берд». Почему вы выпустили эти модели в ретро-коллекции «Херитидж» (Heritage)? Хотя ваш самолет и вправду довольно старомодный, с истребителем-невидимкой не перепутать. Мы только что говорили про слово «армия», теперь, пожалуй, и слово «ретро» пора обсудить. Я бы эти новинки так называть не стал.Конечно, мы старались выдержать их в классическом стиле, но, начиная эту коллекцию с нуля, все же стремились не забывать и о современности. Так что это, по сути, переосмысление старых часов для летчиков, выдержанное в стиле нашей эпохи.

Иными словами, современные часы в старинном корпусе? Можно и так сказать. Из-за фигурки самолета на секундной стрелке и прочих штрихов часы кажутся довольно старомодными, но по отделке и функционалу можно составить полное представление и о современном стиле нашей марки. 

Самолет ведь тоже вы проектировали, верно? Да, с него как раз все началось. Когда работали над часами, старались выдержать их циферблат в той же цветовой гамме, что и самолет. Нам нужны часы с историей, часы, по которым сразу видно, что за ними что-то есть. Без этого их намного трудней продавать. С армейскими часами все понятно, они, как я уже говорил, характер не прячут. Но в случае с более классическими моделями лучше все-таки озаботиться историей и создать часы, через которые можно объяснить стиль и суть самой марки. Так что начинали мы с самолета, оформив его в нашем стиле (например, кабина у него для винтовой модели расположена необычно); и цвета наши: белый, синий и оранжевые акценты. Потом уже взялись за часы, выпустили две модели: для пилота и, скажем, для сотрудников наземной службы. Думали, стоит ли делать эти модели квадратными, но решили, что обычный круглый корпус пойдет лучше. 

Bell&Ross_BRV2-94.jpg
Часы Bell & Ross BRV2-94 Racing Bird.

Пару лет назад вы выпустили Diamond Eagle. Планируете осваивать новый сектор дальше? Мы уже не раз встречали женщин, которые носят наши менее крупные модели, вот и решили представить полноценную женскую линейку. В принципе наши квадратные модели в дамские переделать очень просто: меняем палитру, добавляем штрихи вроде россыпи бриллиантов и узора на циферблате в виде расходящихся солнечных лучей, атласный ремешок тоже не повредит. Возможно, в будущем переработаем часы еще глубже, например сделаем их еще меньше и тоньше, но пока что таких планов нет. 

Screen Shot 2018-08-27 at 11.17.17.png
Часы Bell & Ross Diamond Eagle.

Перейдем к главной изюминке этого года, скелетонированному турбийону BR-X1 в сапфировом корпусе. В плане архитектуры калибр выполнен великолепно, все на своих местах. Из всех часов в сапфировых корпусах, которые мне доводилось видеть, ваши, пожалуй, самые впечатляющие. Но почему вы решили сделать шаг именно в таком направлении? Просто чтобы блеснуть талантами? Тут вопрос как в коммерческих соображениях, так и в художественных. Мы любим осваивать новые территории, особенно если это идет на пользу нашим коллекциям. Проектировка такого калибра в сотрудничестве с MHC, взаимодействие с производителями сапфировых корпусов – это однозначно ценный опыт.

Bell&Ross_BR-X1-Tourbillon-.JPG
Часы Bell&Ross BRX1 Tourbillon Skeleton Saphir Blue.
fhukjfgdhsdfgzsdf`
Механизмы часов Bell & Ross BRX1 Tourbillon Skeleton Saphir.

Наша коллекция достаточно разнообразна, в том числе и в плане цен. Мы предлагаем как очень доступные модели, так и часы, которые придутся по вкусу утонченным коллекционерам, в квадратных и круглых корпусах. Наша марка не может похвастаться возрастом и не пытается угодить всем, потому что это невозможно, но стремится показать, что высокому часовому искусству она не чужда, причем предлагает хорошее соотношение цены и качества. Новинка – это как раз такое упражнение, шаг в сторону часов высокого класса. Ждет ли ее успех, пока неизвестно. В прошлом году мы предложили клиентам экспериментальную модель BR-X1 RS17 в ярких цветах, и ее покупали с удовольствием. Те часы вышли ограниченной серией в 250 экземпляров, которые сейчас в основном раскуплены. И часы-то, надо сказать, были недешевые, стоили более 15 000 евро. Предыдущие часы в сапфировом корпусе продавались хорошо, особенно их оценили коллекционеры из Азии – из Кореи и с Тайваня. Немудрено: модели были действительно качественные и респектабельные. Мы решили повторить этот успех и сделать еще один шаг в этом направлении, предложив клиентам что-то необычное и яркое. Новый турбийон выходит ограниченной серией в трех цветовых вариантах (черный, синий, золотой), часть экземпляров будет продаваться только в Сети. Интернет-продажи – важная сфера, потому что сегодняшнее поколение тяготеет именно к ним. Как публика встретит новинки, пока не знаю. Тут не угадаешь: или успех, или провал. Возьмите нашу модель WW2, ту что с характерным ободком. Она пришлась по вкусу моим друзьям, дизайнерам и архитекторам, а вот массовая публика ее не оценила. Наверное, слишком уж брутально смотрится. Хотя не уверен. В любом случае цыплят будем считать по осени.

sdfsdfsdfgdfhdhf
Часы Bell&Ross BRX1 Tourbillon Skeleton Saphir Blue.

Но раз вы начали 24 года назад и с той поры только набираете обороты, значит, провалов было мало. Как по-вашему, в чем секрет успеха марки? Тут много факторов. Во-первых, мы умеем адаптироваться к условиям рынка, хотя, возможно, правила игры осваивали слишком долго. Некоторые корифеи вроде Жан-Клода Биве в этой отрасли работают уже не первое десятилетие, у нас такого опыта не было. Пришлось всему учиться, причем быстро, а то не удержались бы на плаву. Но в целом, пожалуй, хорошие решения мы принимали чаще, чем плохие, и никогда не боялись рисковать, создавая что-то новое. Возьмем те же самые квадратные часы. Когда мы их только запускали, многие говорили, что идея дурацкая и что мы сошли с ума, а другим нравилось: оригинально, мол, отличная мысль. Мы рискнули и не пожалели. Мы о таком никогда не жалеем, скорей уж о том, что не попробовали еще раньше. Почему? Потому что мы обожаем часы, у нас работают отличные специалисты, что очень важно, и мы следим за рынком и за конкурентами. Изучаем отрасль, делаем выводы. Ришар Милль в свое время тоже рисковал, когда начинал собственное дело. У него была идея – смешать современный дизайн и классические усложнения в корпусах необычной формы. Он нашел свой путь, не побоялся по нему пройти и пришел к успеху. Это заслуживает уважения. 

У многих марок производственный цикл длится от трех до пяти лет. У вас он, наверно, корочеДа, в среднем, два года. Год на исследования и разработку, если речь идет об освоении нового материала; может понадобиться и больше. Еще надо брать поправку на само производство, особенно когда дело касается массовой модели. Если, скажем, собираешься выпустить 10 000 экземпляров, все надо закончить за год до запуска. Честно говоря, работать в таком ритме, как мы, бывает опасно: не получается ориентироваться на результаты продаж. В этом году мне бы в идеале не хотелось начинать что-то новое до декабря, когда можно будет посмотреть статистику за год и оценить, что публике понравилось, а что – нет. Но увы, такую роскошь позволить себе не могу, работу над коллекцией 2019-го нужно начинать уже сейчас, пускай и вслепую. И вот мы начинаем в январе, к сентябрю или, самое позднее, октябрю, у нас уже готов дизайн. Бывают и исключения: часы в сапфировом корпусе разработали всего за два месяца, потому что нам помогала очень энергичная команда и оборудование было отменное. Когда дизайн готов, делаем прототипы, обычно с сентября по январь следующего года. Потом, соответственно, уже начинаем производство. Мы ориентируемся по «Базельуорлду», в Базель нужно привести где-то по 18 экземпляров всех новинок. Так что приходится спешить.