REVAP-AP_FrancoisBennahmias.jpg
x

Вопрос – Ответ    Франсуа-Анри Беннамьяс, генеральный директор Audemars Piguet, про онлайн-торговлю, квартиру в Лондоне и планах на будущее

02.04.2018   •  

REVAP-AP_FrancoisBennahmias.jpg

На этой встрече с неутомимым Беннамьясом в начале года присутствовали наши коллеги с азиатского рынка, поэтому довольно большая часть интервью посвящена именно этому региону. Мы намеренно оставили эти вопросы и ответы здесь, чтобы нагляднее продемонстрировать направление усилий марки, стратегию, а заодно и чтобы заставить вас подумать, что из китайского опыта применимо (возможно, не сейчас, но в ближайшем будущем) на наших территориях.

Мы слышали о желании компании заняться онлайн-торговлей. «Одемар Пиге» (Audemars Piguet) готовится покорять Интернет? Да, все к тому и шло, на самом деле. Шаг абсолютно очевидный – онлайн-торговля сейчас набирает обороты в любой отрасли, не только в мире часов. Некоторые даже продукты на дом заказывают. Клиенты хотят, чтобы между ними и производителем было как можно меньше посредников. Нас уже давно о таком просят, и, по-моему, самое время браться за дело. В этом году мы, так сказать, пробуем почву и отлаживаем логистические вопросы: если кто-то, скажем, в Бразилии хочет заказать себе экземпляр, нужно высчитать стоимость доставки, учесть пошлины… Много мороки. Заниматься онлайн-продажами всерьез можно только тогда, когда твердо знаешь, что сумеешь доставить часы в любую точку. Жаль, в прошлом году на предварительные онлайн-торги не выставили вечный календарь «Роял Оук» (Royal Oak) в керамике. Было бы интересно узнать, сколько людей готово выложить 85 000 франков. Сколько было бы заказов – 400, 700, 1 200?

Вы бы взорвали Интернет! Но есть мнение, что приборы времени люди покупают не просто так: вот, скажем, собираюсь на море – и тут меня осенило: самое время взять себе какую-нибудь модель для подводного плавания от «Одемара», разумеется, в ярких тонах. Не исчезает ли этот ситуативный фактор при онлайн-продажах? Наоборот, Интернет – это место, где каждый день праздник! Согласен, клиента нужно зацепить, но в сети для этого есть масса возможностей – видеоролики, акции в соцсетях, даже игры. В Интернете, по сути, бизнес идет рука об руку с развлечением. Знаете, даже 80-летний старик в глубине души еще ребенок, который хочет веселиться, и в сети таким «детям» радостно и привольно.

REVAP-AP_rd2-2.jpg

Бывает так, что нужных часов не найти ни в одном магазине. Мы вот с другом не так давно безуспешно искали золотой «оффшор» с браслетом. Вы будете учитывать это при продажах в сети? Во-первых, если не можете что-то найти, сразу звоните мне, нужный экземпляр я вам из-под земли достану. А если серьезно, то мы просто будем заранее предупреждать клиентов о запланированном размере партии. Скажем, если в продаже порядка 100–120 экземпляров, мы объявим об этом сразу, обманывать не станем. Если заявок будет больше, вопрос придется как-то решать. Кому-то повезет, кому-то нет. В конце концов, эксклюзивные часы всегда достать непросто.

Какую страну выбрали для эксперимента? Пока не знаю. Вообще, перед запуском онлайн-продаж у нас запланировано еще одно мероприятие в Китае, но о нем пока молчок.

Китайский рынок считается очень перспективным. В период с начала 90-х по 2010-й там, по сути, сформировалась первая прослойка клиентов, активно покупающих часы. Но теперь они понимают, что все эти годы покупали модели, изготовленные специально для китайского рынка, и их это сильно злит. Они хотят приборы времени, которыми будут восторгаться в любой стране. Сулит ли это выгоду «Одемар Пиге»? Должен признать, мы и сами допускали эту ошибку – делали часы специально для китайского рынка. Я, разумеется, был против, ну, пока компанию не возглавил (смеется). Но серьезно, что прикажете с такими часами делать, если их однажды перестанут покупать? Отправить их на Луну? Так дела не делаются. Потому мы с этой практикой завязали, и продаем по всему миру одинаковые модели. Если они кому-то не нравятся, их и не купят. В торговле без риска никуда. Но у нас-то дела идут в гору. Помню, лет десять назад мне говорили, что китайцы не любят стальные корпуса, и что «Роял Оук» у них не пойдет. Но я знал, что однажды это изменится, и оказался прав. К тому же, отрадно видеть, что наша аудитория молодеет. Прошлой осенью летал в Гонконг, видел там немало молодых людей с «одемарами». Они говорили, что марка им очень нравится. Лет пять тому назад об этом и мечтать не мог.

REVAP-AP_Royal-Oak-Double-Balance-Wheel-Openworked.jpg

Кстати, помнится, лет пять назад я говорил с Октавио Гарсией, как раз незадолго до его ухода из «Одемар Пиге». Речь шла про модель 5402, «Роял Оук» из серии «А». Знаете, со временем ее циферблаты из-за окисления начинают выглядеть так, будто их покрывает благородная патина. Смотрится здорово. Новые «дымчатые» циферблаты – это, так сказать, продолжение традиции? Нет! Во-первых, эффект, про который вы говорите, не входил в нашу задумку, это случайность. Ничего плохого в нем нет, но просить оформителей циферблатов сделать так, чтобы часы хорошенько окислялись – это все равно, что пытаться заразить клиентов какой-нибудь простудой. Не смертельно, мол, посмотрим, что из этого выйдет. А дымчатые циферблаты – это свежая разработка наших мастеров по циферблатам, они ее представили два года назад. И знаете, что интересно: при такой обработке краски себя ведут по-разному. Именно краски, дело не в технологии. Видимо, проблема в химическом составе. Так что работали буквально методом проб и ошибок.

Вернемся к онлайн-продажам. Вы говорите, что благодаря Интернету ваша продукция станет доступнее? Но ведь «одемары» и так быстро расходятся… Я не думаю, что все наши модели расходятся полными партиями. Есть и еще один нюанс… В 2011-м оборот компании составлял порядка 500 миллионов. В прошлом году мы подошли вплотную к десятизначному числу. Значит, за шесть лет оборот вырос почти в два раза, и это несмотря на кризис часовой отрасли. Так что можно было бы откинуться в кресле и почивать на лаврах: мы явный лидер, выпускаем в год по 40 000 часов, беспокоиться не о чем… Но как только придет эта самоуспокоенность, считайте, вам крышка. Нужно постоянно думать о том, что будет дальше, лет через пять-десять, когда в игру вступит следующее поколение. Станет ли молодежь покупать нашу продукцию, и если да, то как? Пойдет ли моя дочь в наш магазин или сделает заказ через телефон? Если не учесть это сейчас и не начать осваивать онлайн-продажи заранее, потом времени уже не будет. Мы останемся за бортом, нас будут считать анахронизмом.

REVAP-AP_perpetual calendar research.jpg

Планируете ли в этой связи отказаться от традиционных магазинов? Нет, и это вряд ли возможно. Рынок меняется, и это касается как часов, так и прочих отраслей, и нос нужно держать по ветру. Да, физическим торговым точкам придется потесниться, более того, уверен, некоторые розничные сети в итоге закроются. Опять же, не только в нашей индустрии. Но суть всегда одна и та же: если ты можешь предложить клиенту то, чего не может никто другой, то на плаву удержишься.

Да, но в Китае, тем не менее, уже порядка 75% операций проходят в электронном виде. Насчет Китая мне вспоминается забавная история, которая мне рассказала знакомая из банка: один крупный финансист как-то раз поехал в Китай, и где-то в мелком городе в глухомани его угораздило потерять наушники. Хорошо, отыскал магазин, выбрал новые наушники, и тут у него на кассе отказываются принимать наличные. И кредитку. Оплата, говорят, только через приложение. Сам продавец ему все скачал и настроил. И это мелкий магазинчик в провинции Традиционной рознице нужно срочно меняться. В 2018-м планируем открыть пять фирменных торговых точек в самых модных местах – Мадрид, Лондон, Мюнхен, Гонконг, Нью-Йорк. Это помещения на верхнем уровне зданий, от первых этажей надо отказываться.

Слышал, в Лондоне это, скорее, больше напоминает просторную квартиру. Можно и так сказать. Но именно в такой бы остановились Жюль-Луи Одемар и Эдвард-Огюст Пиге, если б им сейчас было по 25.

Поговорим о часах. Знаете, многие мои друзья купят в этом году только одну новинку – зато какую! Ради нового сверхтонкого вечного календаря Royal Oak RD#2 стоит затянуть ремень потуже. Он же поставил рекорд, верно? Почему вы решили снова обратиться к легендарной модели? Все случилось почти что спонтанно. Такой концепт предложили наши часовщики, и, судя по их подсчетам, это и вправду выходил самый тонкий в мире автоматический вечный календарь. Здесь очень необычная архитектура калибра, у нас на счет нее были очень ожесточенные дискуссии. Дело чуть до драк не доходило! Молодежь считала, что все сработает, специалисты старой школы – что нет. Наконец, после споров и расчетов, поняли, что сработает. И знаете, это настоящий прорыв. Причем дело именно в самой архитектуре калибра и устройстве колесной передачи: нам удалось сделать так, чтобы один и тот же элемент исполнял сразу несколько функций. Иными словами, вместо трехэтажного дома мы построили одноэтажный, но мебель выбрасывать не пришлось. По такому принципу можно делать и другие усложнения – хронографы, турбийоны, репетиры… Все, что душа пожелает.

Вы изначально шли на рекорд? Все стало понятно еще по первому чертежу. Хотя опять-таки, идею сотрудники подали сами, задачи сделать самый тонкий в мире механизм им руководство никогда не ставило. Они, наоборот, сами сказали, что это будет рекорд. Вообще, этим словом сейчас модно разбрасываться: я, мол, первый, пускай и на деревне! Но мы все проверили, это действительно самый тонкий автоматический вечный календарь в мире. Помню, мы даже уточняли: речь идет именно о калибре или о собранных часах? Дело в том, что у «Роял Оук» достаточно толстые корпуса, и после сборки габариты бы сильно увеличились. Но да, они все рассчитали, на рекорд шел и калибр, и часы.

Могу вам кое-что сказать по секрету…

Буду нем, как могила! Выдам страшную тайну: RD#3 станет турбийоном с автоматическим подзаводом, причем его размеры будут тоньше, чем сверхтонкая модель 15202 толщиной 8,1 мм. Чертежи уже готовы, так что дело за малым. Но это не под запись! А представьте, что теперь ждет минутные репетиры…

А пять лет назад такое можно было проделать, или тут использованы какие-то новые технологии? Можно. Дело не в технологиях, а в складе ума. Года два-три назад мы, так сказать, выпустили джина из бутылки – в хорошем смысле. Дали сотрудникам возможность блеснуть творческой жилкой и разработать новые решения. Предлагать их могли любой сотрудник. И в нас проснулся здоровый дух естествоиспытателей. И, раз уж на то пошло, хочу отметить, что концепцию другой новинки, скелетона «Роял Оук» с двумя балансами (Royal Oak Double Balance Wheel Openworked), нам тоже предложили сотрудники, ничего не делалось по указке сверху. Вот что мне нравится в «Одемар Пиге»: люди готовы тратить личное время на то, чтобы создать нечто революционное. Такой творческий порыв достоин самых высоких похвал.

Да, ваш подход к делу и вправду вызывает уважение. А есть ли какие-нибудь планы насчет старинных часов? У «Одемар Пиге» за плечами немало великолепных изделий. Да. В ближайшем будущем мы выпустим книгу, посвященную старинным часам с усложнениями – туда войдут модели от самых ранних до экземпляров середины прошлого века, с фотографиями, тиражом и прочей полезной информацией. Точное число часов назвать не могу, где-то от пяти до шести сотен. Коллекционерам и аукционистам такая книга очень пригодится. Главное, что до нас такого никто не делал!

А вы рассматриваете возможность продавать старинные приборы времени самостоятельно? Возможно, по Интернету? Да. Вообще, рынок сейчас меняется очень быстро, и что будет дальше, сказать трудно. Вот уже почти полтора века мы продаем новые часы. Завтра, возможно, выйдем на вторичный рынок, а послезавтра и вовсе будем сами проводить аукционы. Посмотрим, как все пойдет.

Справедливо. В конце концов, аукционы делают на перепродажах неплохие деньги, а марки с этого не имеют почти ничего, верно? Можно и так сказать. Предположим, вы хотите продать старинные часы, отцовские, дедушкины, чьи угодно. Вот вы несете их в «Кристис», «Сотбис» или «Филлипс». Что делают местные эксперты? Звонят нам. Говорят, мол, принесли образец с таким-то калибром, вам что-нибудь известно? Проверяем по архивам – модель такая-то, выпущена в 1942-м партией в семь экземпляров. Потом нас простят проверить часы на подлинность и выпустить сертификат. За это аукционный дом платит копейки, а сам берет с продажи огромные комиссионные – 15% с продавца и 25% с покупателя. Сколько это будет продолжаться?! И потом, маркам люди доверяют куда больше, чем посредникам. Мы от них ничего не скрываем, ведем дела честно и открыто, и нам отвечают взаимностью.