01-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-1068x495.jpg
x

Поп-культура    Jaeger-LeCoultre и голубая бездна

31.07.2018   •  

01-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-1068x495.jpg

В этом году исполняется 30 лет фильму Люка Бессона «Голубая бездна». В 1988 г. его представили на Каннском фестивале, и с тех пор благодаря регулярным показам по телевидению и великолепной музыке Эрика Серра он стал подлинной классикой. В фильме рассказывается история двух друзей, Энцо (Жан Рено) и Жака (Жан-Марк Барр), которые выросли вместе на одном из греческих островов, а во взрослой жизни стали знаменитыми ныряльщиками на задержке дыхания, соревнующимися друг с другом, кто уйдет под воду глубже. В фильме также снялась американская актриса Розанна Аркетт, и это актерское трио своей игрой заставляет зрителя перенестись в неизведанный и таинственный мир.

Над «Голубой бездной» работали девять месяцев в разных точках земного шара, включая Грецию, Францию, Италию, Перу, Нью-Йорк и Виргинские острова. Некоторые из самых красивых подводных сцен фильма были сняты близ итальянской Сицилии, и именно здесь мы встречаемся с исполнителем главной роли Жан-Марком Барром, который с того момента в этих удивительных краях не бывал. «Обожаю Сицилию, – говорит он. – И не только Таормину – весь остров какой-то сказочный. Это сокровищница культуры и архитектуры, но тогда я этого не знал. Когда в первый раз туда попал, понял только, что все очень непривычно, да и потом, работы было много. Мы же не в отпуск приехали. Лучше всего помню, что у меня был мотороллер и я на нем возил Розанну. Мы ездили куда-нибудь поесть спагетти и возвращались обратно». Барр совершает это сентиментальное путешествие по Сицилии вместе с «Жежер-ЛеКультр» (Jaeger-LeCoultre), и не только потому, что у этого производителя, поддерживающего Венецианский и некоторые другие кинофестивали, тесные связи с кино, но и потому, что Барр будет испытывать жежеровскую новинку, часы «Полярис» (Polaris). Ему предстоит погрузиться с ними на запястье в тех же самых местах, где его герой когда-то нырял в фильме «Голубая бездна».

07-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-683x1024.jpg
06-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-696x464.jpg

Когда Барра пригласили на роль, опытным ныряльщиком он не был. «Одно время я работал на рыболовецком судне в Калифорнии, в Сан-Диего, и там требовалось иметь сертификат ныряльщика, на случай если оторвется якорь. Тогда кто-нибудь должен был за ним спуститься. Когда пришел к ним устраиваться, сказал: “Лицензия? Конечно, есть”. Мне поручили разбрасывать подкормку, чтобы приманивать рыбу. И как-то раз якорь оторвался. Мне говорят: “Жан-Марк, вперед!” Он был на 45-метровой глубине. А я никогда глубже 10 метров не нырял. К счастью, один товарищ сообразил, что ныряльщик из меня никакой, и спустился вместе со мной. Вот и весь мой опыт на тот момент. Но когда я встретился с Люком, то, само собой, как любой актер, сказал, что, мол, справлюсь с чем угодно», – смеется он.

Прежде чем приступить к съемкам, Бессон позаботился о том, чтобы Барр и Рено прошли необходимую подготовку. «Люк сказал нам с Жаном приехать на месяц раньше, – рассказывает актер. – По утрам мы брали веса и ныряли. Сперва на пять, 10 метров, потом на 30, 35. А после обеда учились задерживать дыхание в бассейне. И если месяц так потренироваться, то приходит уверенность».

05-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-696x464.jpg

Сегодня теплый летний день, и прозрачная вода у побережья Таормины так и манит окунуться. Хотя со времени съемок Барр в нырянии особо не упражнялся, навык по-прежнему при нем: он уходит под воду на 10 метров с лишним, гораздо глубже, чем кто-либо из нашей группки журналистов. Его сопровождает известный фотограф, специалист по съемкам дикой природы и подводных сюжетов Грег Лекёр, которому поручили запечатлеть эти удивительные моменты: Барр погружается точно в тех же местах, что и 30 лет назад. Хотя актер обычно часов не носит, автоматический «полярис» смотрится на его запястье самым естественным образом. «Модель прекрасная, – говорит он, – простая и красивая. Мне очень нравится и как она выглядит, и качество, тем более что сейчас я познакомился с компанией и посмотрел, как там работают. Я понимаю, что в этом деле мощные традиции, которые нельзя не уважать». Новая спортивная коллекция «Полярис», представленная в этом году на Женевском салоне, восходит к одноименной классической модели марки 1968-го года выпуска. «Полярисы» 2018-го – это спортивные часы с нотками ретро, предназначенные для современных мужчин. «Жежер» воспользовался этой вылазкой на море, чтобы представить еще одну модель коллекции, вышедшую ограниченным тиражом из 250 экземпляров и на данный момент самую в ней сложную, – Polaris Geographic World Time. В ней, помимо индикации мирового времени, можно обнаружить подциферблат второго часового пояса на «6 часах», индикатор запаса хода на «9 часах» и дату на «3 часах». Продаваться такие часы будут только в жежеровских бутиках.

04-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-696x464.jpg

На вопрос, почему «Голубая бездна» добилась такого успеха, Барр отвечает: «Честно говоря, даже не знаю. Когда она только вышла на экраны (я тогда жил в Англии), журнал “Тайм Аут” разнес ее в пух и прах. Про меня написали совершенно убийственные вещи, а в кинотеатрах фильм продержался дней пять, не больше. Правда, начали звонить из Франции, говорили: “Это успех! Все ее смотрят”. Но если сам этого не пережил, то на такое особо не реагируешь». 

«Что фильм кого-то все-таки зацепил, я впервые понял, когда мы с Ванессой Редгрейв играли главные роли в пьесе Теннесси Уильямса в лондонском театре Хеймаркет, – продолжает он. – Спектакль шел уже месяца два-три, и как-то раз после представления люди начали бросать на сцену цветы, но Ванесса их не поднимала. Я стоял рядом и увидел, что на них было написано: “Для Жан-Марка”. Их принесли французы, которые пришли специально на меня, там было букетов шесть или семь, и Ванесса посмотрела на меня с ненавистью. “Ну и влип”, – думаю. Вот тогда я впервые почувствовал вкус успеха». Поклоннику фильма здорово, конечно, побывать в местах, где он снимался, но на Барра еще и нахлынули воспоминания. «Самый приятный эпизод был очень личный, – делится он. – Мы снимали на острове Сент-Джон, там отгородили лагуну, в которую из Флориды завезли дельфинов, и в один день вся моя работа заключалась в том, что надо было с ними играть. У нас в бухте стояли две яхты, и как-то раз вечером мы на них долго тусовались, а около двух ночи я натянул ласты и спрыгнул в воду. Просто захотелось нырнуть, для меня это было обычное дело. И вот я под водой, смотрю вверх, а ко мне плывет дельфин в окружении планктона, как в каком-то волшебном сиянии. Он подплыл ко мне сзади, потерся об спину, подставил спинной плавник и вытащил на поверхность. А потом прокатил по всему заливу. И я почувствовал эту свободу, эту силищу. Скорость была узлов шесть-семь, шли очень быстро, и вряд ли когда-нибудь еще я переживу такой же волнующий момент. Это воспоминание останется со мной до конца дней». 

Подводные фотографии: Грег Лекёр, надводные фотографии: Марк Нингетто

03-Jaeger-LeCoultre-Rediscovers-Le-Grand-Bleu-696x464.jpg